— Расскажите мне об этом поподробнее, — попросил Мейсон.
Майор Уиннет достал из внутреннего кармана пиджака сложенный листок бумаги и протянул его Мейсону. Перри Мейсон развернул письмо и прочел:
«Клод, родной, есть некоторые вещи, в которые я просто не могу тебя втягивать. Я надеялась найти выход, но, увы, боюсь, мне это не удалось. Мы были так счастливы! Однако прекрасное всегда слишком хрупко. Ни о чем не беспокойся. Вся вина и ответственность полностью лежит на мне, и я не допущу, чтобы ты пострадал за то, что сделал для меня. До свидания, мой любимый.
— Что она имеет в виду под словами: «Вся вина и ответственность полностью лежит на мне, и я не допущу, чтобы ты страдал за то, что сделал для меня»? — спросил Мейсон.
Майор Уиннет чуть замялся:
— Видите ли, моя женитьба, строго говоря, не совсем совпадала с желаниями моей матери. Я сделал это вопреки ее возражениям.
— Возражениям, высказанным вслух? — уточнил Мейсон.
— Естественно, нет.
— И тем не менее ваша жена знала о них?
— Женщины многое чувствуют без слов, мистер Мейсон. Я хочу, чтобы вы нашли ее и решили проблему.
— А потом сообщил вам? — задал еще один вопрос Мейсон.
— Безусловно.
Перри Мейсон задумчиво покачал головой.
В кабинете воцарилось молчание, прерываемое лишь неопределенными звуками с улицы и учащенным дыханием майора.
— Поступайте, пожалуйста, как считаете нужным, — наконец выдавил он.
— Когда ваша жена исчезла? — продолжая раздумывать, спросил Мейсон.
— Вчера вечером. Я обнаружил эту записку на комоде где-то около полуночи… Думал, она уже легла спать.
— Нет ли какой-нибудь причины, по которой ваша жена могла бы быть уязвимой со стороны, так сказать, внешнего воздействия?